Четверг, 06 августа 2020 10:40

В селе Чёмбар: глаза боятся, а руки – делают

Оцените материал
(1 Голосовать)

На Руси икона Божией Матери «Казанская» почиталась с давних времён. В её честь освящалось множество храмов, в том числе и в Рязанской губернии. После революции большинство из них постигла участь разорения и осквернения. Вряд ли оставалась надежда на то, что и вот в этом храме, о котором мы хотим рассказать, когда-нибудь будет совершаться Литургия.

 

Затерявшийся среди полей и лесов
От полей с луговыми травами, рожью и люпином невозможно оторвать взгляд. В этом разнотравье мелькают птахи. А в небе в поисках добычи парит какая-то хищная птица. Всматриваемся в красоту этих мест из окон нашего автомобиля, своим гулом нарушающего окрестную тишину. В село Чёмбар Шиловского района мы едем вместе с настоятелем Крестовоздвиженской Полунинской обители иеромонахом Иоакимом (Заякиным). Если вы заглянете в интернет, то прочитаете, что это село называют вымирающим. С этим трудно не согласиться, ведь в середине XIX века в нём проживало 2500 человек, к концу XX века осталось 90 человек, а сейчас – 10! К тому же ещё несколько лет назад Чёмбар и селом нельзя было назвать, а всего лишь деревней, несмотря на то, что стены старинного храма, заросшего травой, встречали каждого въезжающего сюда. Стоял этот храм без куполов, без крестов, а колокольня без колоколов. Зато на крыше церкви безмятежно росли вкусная смородина да малина.

Невольные вопросы
От села Красный Холм, где находится Крестовоздвиженская обитель, до села Чёмбар чуть больше десяти километров. Мы едем туда незадолго до 21 июля, когда чествуется икона Божией Матери «Казанская», чтобы подготовить храм к престольному празднику. Да, да! Несмотря на разорённую церковь, малое количество жителей в селе, здесь уже четыре года несколько раз в год отец Иоаким совершает Литургию. В 2016 году, когда исполнилось сто лет со дня освящения храма, после долгих лет осквернения его малым чином освятил тогда бывший епископом Касимовским владыка Дионисий (Порубай).
Невольно возникают вопросы и сомнения в необходимости этого храма. Ведь село вымирающее, а средств для восстановления нужно много... А у отца Иоакима и так немалое хозяйство: и Крестовоздвиженская обитель требует сил, средств, энергии, и в селе Красный Холм он также восстанавливает храм, и подворье ещё есть... Но уходит эта мысль прочь, а вспоминается русская пословица: «Глаза боятся – руки делают!»
– Село Чёмбар территориально относится к Краснохолмскому поселению, – рассказывает нам отец Иоаким, – поэтому мы, как пастыри, несём ответственность за духовное окормление людей в этой округе. Первый раз мы сюда приехали зимой 2006 года. Чуть позже начали совершать молебны. В 2012 году на просьбу очистить храм от мусора откликнулись все жители. Пришли вместе с детьми, все дружно убирали. Кроме постоянных жителей, сюда на лето приезжают родственники из города, поэтому народу собралось немало.
Точной даты, когда был закрыт храм при советской власти, нет. Первый раз его ненадолго закрыли в 1935 году, но по настоятельной просьбе жителей в скором времени его всё же открыли – правда, пришлось его заново освящать. А уже окончательно церковь закрыли примерно в 1939 году. Последним настоятелем был отец Павел, он был репрессирован, и дальнейшая судьба его неизвестна.

Напоминание о родовом селе
Своей архитектурой церковь, стоящая в Чёмбаре, очень похожа на храм села Коровка Сапожковского района. И это совсем не случайно. Ведь именно из Коровки сюда, на пустующие государственные земли, в 1846 году была переселена часть жителей. Этот год и считается годом основания села Чёмбар. В Коровке остались родные, близкие люди, и связь с родиной не прерывалась, ведь двадцать километров – это не такое уж большое расстояние. И в Коровке, и в Чёмбаре изначально стояли деревянные церкви, которые со временем, естественно, ветшали. В начале XX века в Коровке жители поставили добротный каменный храм. Видимо, по этому же проекту, лишь немного уменьшив трапезную часть, построили в 1916 году храм и в Чёмбаре.
Несмотря на то, что в селе был такой немаленький православный храм, известна эта местность была старообрядческими расколами. Опять же из Коровки сюда переселились семьи старообрядцев, которые вели строгий образ жизни, имели свой молельный дом, и не так давно были ещё живы хранители этой веры. А вот уже их потомки с приходом в село отца Иоакима перешли в лоно Православия.

Яблоневый сад
Вроде бы ничего выдающегося в этом селе нет, и история его небогата яркими событиями. Жили люди, работали. Были здесь свои кузнецы, сапожники, плотники, печники, бондари. Кто-то трудился в селе, кто-то уходил на заработки в Ростов, Царицыно, Рыбинск, Москву. В советские годы здесь был создан колхоз. Со времён Великой Отечественной войны в селе гордились односельчанкой Зинаидой Крестьяниновой. Двадцатилетней девушкой она, будучи профессиональной радисткой, участвовала в партизанском соединении, была удостоена правительственной награды – медали «За отвагу», но в родное село не вернулась – погибла в бою.
А вот из дореволюционных построек мало что здесь напоминает о прошлой жизни. Разве что сохранившийся деревянный дом бывшей церковно-приходской школы, стоящий недалеко от храма, да остатки большого крахмального завода.
Правда, есть ещё одни живые свидетели – это яблони. Больше в округе такого старинного яблоневого сада, как в Чёмбаре, нет. Когда он здесь был высажен и кто был его хозяином, неизвестно. В советские годы считался колхозным. Но есть предположение, что заложил его молодой священник, которого перевели служить сюда из соседнего села Лукмос ещё в конце XIX века. Дело в том, что сохранилась небольшая история из жизни этого батюшки. Когда в Чёмбаре возникла необходимость в иерее, то епархиальное начальство решило назначить сюда одного из двух священников Лукмоса. Один из них был уже пожилой, который много трудов положил для храма, а другой был у него молодым помощником. Конечно, каждый бы решил, что нужно на новое место посылать молодого священника. Только вот он сам так не думал, ведь буквально несколько лет назад он посадил сад, и именно в тот год яблони, в саженцы которых он вложил немалые средства и силы, должны были начать плодоносить, принести хороший урожай и, соответственно, компенсировать затраченные вложения. Поэтому он даже написал в епархию письмо с просьбой оставить его в Лукмосе. Но священник, как военный, – куда направят, там и должен нести своё служение. Наверняка трудно ему было расставаться со своим садом. Но нам почему-то кажется, что и на новом месте он насадил деревья, которые до сих пор приносят плоды.
Наталия Моисеева

Прочитано 970 раз
Другие материалы в этой категории: « На середине пути