Ливень, внезапно обрушившийся на Рязань, превратил дороги в маленькие озёра без разделительных полос. На одном из них на Солотчинском шоссе автомобиль, который перегонял для знакомого Женя Клинцов, заскользил по мокрой поверхности, как по льду. Машина выскочила на встречку...
Жени не стало в одночасье. Ему было 24 года. Узнала о его гибели в день его похорон на кладбище в деревне Ласково, недалеко от которой он жил с мамой и бабушкой.

Георгий Победоносец – христианский святой, великомученик. Георгий пострадал во время гонений на христиан при императоре Диоклетиане в 303 году, после восьмидневных тяжких мучений был обезглавлен. Прославился также своими посмертными чудесами. Самым известным из них является убийство копьем змея (дракона), опустошавшего землю. В православной традиции это рассматривается как победа над дьяволом – «древним змием».

Рязанская топонимическая комиссия предложила сделать рязанцам подарок к Дню Победы и один из городских объектов связать с юбилейной датой. Но, к сожалению, из-за точечной застройки новые улицы у нас почти не появляются.
Заместитель председателя комиссии, краевед и экскурсовод И.Н. Канаев обратил внимание на формирующуюся новую площадь около недавно открывшегося Дворца торжеств в Московском районе. Эта площадь расположена посредине бульвара Победы. Этот бульвар появился к 60-летию Победы по инициативе губернатора Рязанской области Георгия Шпака и представляет собой зеленую благоустроенную зону протяженностью около 5 км, отделяющую Московское шоссе от жилых зданий. Сквер в центре бульвара возник в городе неспроста. Он символичен для горожан тем, что раньше на этом месте был пункт сбора добровольцев, отправлявшихся на фронт в годы Великой Отечественной войны. Недалеко отсюда создавался рубеж обороны города, после того как в ноябре 1941 года в Рязани было объявлено осадное положение.
Бульвар Победы был облагорожен практически сразу после объявления победы над фашистами. Тогда он был еще безымянным. Здесь была установлена доска почета и высажены кустарники и цветы на клумбах.
В 2005 году на бульваре Победы установлена стела Георгия Победоносца. Монумент более 20 метров высотой воздвигнут в центре бульвара. На вершине стелы изображен великомученик Георгий, поражающий копьем змея. Памятник дополняют четыре барельефа, в которых проиллюстрированы военные достижения Рязанской земли. Автором монумента является известный российский скульптор Вячеслав Клыков. Памятник Георгию Победоносцу официально был открыт в Рязани на бульваре Победы 6 мая, в день святого великомученика Георгия, покровителя и защитника всех воинов.
Летом 2019 года на площади торжественно открыли мультимедийный музыкальный фонтан. Рядом на бульваре также был размещен памятник, посвященный духовному и боевому братству русского и армянского народов «Хачкар – Крест Победы».
Пока в нормативных документах города площадь официально не значится. Топонимическая комиссия обратилась в городскую администрацию с предложением юридически оформить площадь и присвоить ей наименование Георгиевская.
Это наименование как никакое другое подходит для новой площади. Во-первых, посреди площади размещена стела Георгию Победоносцу. А во-вторых, этот святой, почитаемый во многих странах, стал символом мужества и стойкости на многие века.
Георгиевская площадь была бы хорошим подарком к юбилею Победы и дополнила бы список православной топонимики нашего города.
Николай Булычев

Валенки для отца Сергия
Во время Великой Отечественной войны, 75-летие Победы которой мы отмечаем в этом году, стали вновь открываться храмы. Возгоревшийся огонек веры, молитва, вознесенная в Доме Божием, вновь стали помогать русским людям переживать тяготы войны, потери близких, приближать победу.
26 июля 1941 года на молебне в московском Елоховском кафедральном соборе митрополит Московский Сергий произнес слова: «Да послужит и наступившая военная гроза к оздоровлению нашей атмосферы духовной».
Никольская церковь г. Касимова была открыта в начале марта 1943 года – на первой неделе Великого поста. В это время в Касимове это была единственная действующая церковь.
Никольский храм был закрыт в 1941 году, потому что после ареста последнего священника служить там было некому. Власти потребовали от старосты храма Анастасии Авдеевны Веренны сдать ключ от церкви. Грозили арестом, расстрелом. Но она ключи властям так и не отдала. Вместе с другими членами общины ездила с салазками по дворам, выпрашивая дровец для храма. Зимой его слегка подтапливали, чтобы не испортились иконы. И вот в феврале 1943 года ее вызывают в исполком. Она решила, что настало время исполнения угроз. Поплакала, помолилась, простилась с родными – и пошла. Но там вела себя смело: «Вызывали? – Вызывали. – Зачем понадобилась? – Церковь открывать хотите? – А можно? – Можно. Ищите попа, регистрируйте у нас и служите». Она к отцу Иакову: «Нам церковь открывают, пойдете служить? – Не могу, ноги болят». Она к протоиерею Сергию Правдолюбову (ныне исповеднику).
Он только что вернулся из тюрьмы. «Я бы с радостью, да мне даже обуть нечего», – ответил батюшка. Александра Александровна, дочь старосты, вспоминает: «Мама прибегает домой, хватает мои серые валенки. Я говорю – куда? А она: молчи, молчи, они отцу Сергию нужны».
Так, в серых валенках своей дочери, Анастасия Авдеевна и повела батюшку в исполком.
В этот же день в храме был отслужен водосвятный молебен пред Казанской иконой Божией Матери, а вечером уже читали великий канон Андрея Критского, так как это был вторник первой седмицы Великого поста.
Настоятелем храма тогда был родной дядя отца Сергия протоиерей Феодор Андреевич Дмитрев, вторым священником – отец Сергий, третьим – отец Иаков. Через 9 месяцев – 19 декабря 1943 года, в день памяти святителя и чудотворца Николая, – и отец Сергий был мобилизован на трудовой фронт, а на его место (точнее, на освободившееся третье) пришел служить протоиерей Григорий Отрадин.
Народу в храм ходило очень много – в воскресные и праздничные дни храм «плакал»: по стенам текли потоки конденсата, а в воздухе стоял туман. Чтобы перекреститься, надо было с усилием поднять руку – так тесно стояли друг к другу молящиеся. Положение осложнялось затемнениями: на всех окнах висели одеяла и другие вещи, не допускавшие, чтобы хоть лучик света был виден снаружи.
В городе окна по вечерам светились вовсю – немцев от Москвы отогнали достаточно далеко. В храме же режим затемнения соблюдался со всей строгостью – ведь протоиерей Сергий только что вернулся из тюрьмы, где пробыл 6 месяцев якобы за нарушение этого режима.
«В моей памяти, – рассказывает Александра Александровна, – навсегда осталась картина пасхальной ночи 1943 года. Храм был переполнен, окна плотно зашторены, и среди службы моей сестре Софии стало плохо: она потеряла сознание. Мы вынесли ее из церкви буквально по головам. И когда вышли на площадь, увидели, что вся площадь заполнена народом. Люди держали в руках зажженные свечи и тихонько пели: «Христос воскресе из мертвых, смертию смерть поправ и сущим во гробех живот даровав». Пропоют, чуть помолчат и запевают снова. Пели тихо, но из-за множества людей тихое пение было очень мощным и производило неизгладимое впечатление».
В начале 1944 года перед Великим постом Никольский храм снова, хотя ненадолго, был закрыт. Но вскоре службы возобновились с увольнением всех прежних священников за штат. Новым настоятелем назначили иерея Михаила Игумнова. До назначения он, чтобы пропитаться, работал дворником в индустриальном техникуме. В Касимове отец Михаил служил недолго: его перевели в село – в Борки, недалеко от Ерахтура, а на его место перевели протоиерея Бориса Скворцова.
Рязанский владыка Алексий довольно скоро был куда-то переведен, а на Рязанскую кафедру был назначен владыка Димитрий (Градусов). Вскоре после вступления на кафедру он служил в Никольском храме Касимова Литургию, в которой участвовали все заштатные священники города и района. Священников было 12 человек. На приеме после службы владыка предложил направить Патриарху ходатайство об изменении титула рязанских архипастырей: вместо Рязанского и Шацкого иерарх должен был именоваться Рязанским и Касимовским. Это письмо было подписано всеми присутствующими с большим энтузиазмом.
Со временем в Касимове стали открываться и другие храмы, и постепенно всех наших заштатных батюшек определили по местам.
Приход Никольского храма во время войны участвовал в сборе средств на танковую колонну имени Дмитрия Донского и на другие военные нужды. Приближали День Победы не только молитвой и трудом.
«Помню службу 9 мая 1945 года – в День Победы, день радости и скорби, – вспоминает протоиерей Владимир Правдолюбов. – Радость непомерная: война закончилась. И скорбь великая – ведь не было семьи, где бы не оплакивали убитых на фронте. Очень трогательно окончилась служба. Обычно произносились три многолетия: иерархам, властям и воинству, всем православным. Отец Борис после Литургии произнес два многолетия, а перед третьим ему вынесли на амвон кадило, и он провозгласил вечную память «всем православным вождем и воином, на поле брани убиенным». Были общие слезы... и радость.
И только после этого прозвучало третье многолетие. Этот порядок вошел в традицию и соблюдался каждую годовщину Победы много-много лет подряд».
Елена Чернышова, г. Касимов